Интервью и публикации в изданиях.
Уникальные авторские статьи.

Получай максимум пользы!
Публикации

Третья часть интервью певицы и преподавателя вокала Екатерины Белобровой (педагог М. Житнякова, Е. Егорова, Д. Ставрович и др.)

-Слушатели часто спорят, кто из вокалистов «круче». С профессиональной точки зрения, существуют ли какие-то объективные критерии оценки вокалистов и их сравнения между собой?

Екатерина: Одно дело оценить, насколько профессионален человек. Как уже говорилось, профессионального вокалиста я могу узнать по одной ноте. Если человек может реализовать свою музыкальную идею средствами голоса – значит он профессионален. При этом идея может быть и простая, у человека есть две-три ноты в диапазоне, он в нее укладывается, и этого достаточно, всё хорошо, молодец. У всех свои задачи. Профессиональных вокалистов очень много, в том числе в роке. Мне сложнее вспомнить имена НЕпрофессиональных вокалистов, потому что, услышав такого, я больше его не слушаю, и тут же забываю.
А нравится/не нравится – это другой вопрос. Как говорят коллеги, это «вопрос мурашек» – бегут мурашки по спине или не бегут. Здесь ничего нового я не скажу. Бывало, во времена моей работы на конкурсах, что прилетаешь в какой-то город, смена часовых поясов, а конкурс длинный, и ты сидишь, уже спички в глаза втыкаешь. И вроде все такие хорошие, так хорошо поют, но невозможно уже. И вдруг выходит кто-то, открывает рот, и ты: «Ёлки-палки, да я на концерте! Мать честная, шикарно!». Человек, несущий тебе как слушателю эмоциональный заряд, сразу выбивается из ряда остальных просто хорошо поющих людей. Так может произойти на концерте, на конкурсе, на экзамене даже. Ты сидишь на экзамене шестой час с кислой миной, и вдруг внезапно ощущаешь себя на шикарном концерте и… забываешь, что ты педагог. О тебе подумали, доставили РАДОСТЬ, как слушателю. Конечно, оценка будет выше у ЭТОГО вокалиста.
Последнее время я слушаю много джазовой музыки, хотя раньше не очень это дело любила. Началось всё с джазовых джемов, на которых я сначала присутствовала, а потом и сама попела. Очень люблю ходить на фестивали, на которые приезжает много народу из разных стран с интересными программами.
А рок-музыкантов в последнее время новых мало слушала, они немного ушли из моего поля зрения. Могу сказать про вокалистов, которые на меня повлияли в свое время. Очень нравилась группа AEROSMITH и ее вокалист Стивен Тайлер. Когда в колледже я мучилась с выбором репертуара, то остановилась на этой группе и ничуть не жалею. Пела я их уж как могла, но была очень счастлива (смеется).
Кстати, много хороших профессиональных вокалистов среди моих студентов. Совершенно не стесняясь могу заявить, что это Миша Житняков (АРИЯ), Даша Ставрович (СЛОТ), Маша Архипова (АРКОНА), Женя Егоров (ЭПИДЕМИЯ) и масса других замечательных вокалистов. В Театре Стаса Намина много певцов, с которыми я занималась.
Я затрудняюсь сказать, сколько людей я учила за свою жизнь, но это совершенно точно десятки тысяч. Кто-то занимался индивидуально, кто-то ходил на групповые занятия. Я не могу сказать, что всех научила петь до профессионального уровня, но, во всяком случае, я абсолютно уверена, что все люди, занимавшиеся у меня, диафрагму во лбу не покажут (смеется). Пускай не все они поют на сцене, но они стопудово не нарушают сон своих детей, исполняя им колыбельные, стопудово поют их выразительно и приятно для слуха. Для меня важно не только, сколько людей я научила петь профессионально, но и то, что я создала слушателей, научила людей понимать вокалистов, любить музыку. А когда много людей начинают разбираться в музыке, в вокале, тогда для музыки некачественной, для исполнения спустя рукава не остается места. От того что публика становится более высоко образованной, более разборчивой, и вокалисты становятся лучше, потому что им стыдно плохо петь.
-Раз было такое огромное количество учеников, многих ли из них Вы помните?

Екатерина: Я совру, если скажу, что помню всех. Чаще всего я помню тех, кто как минимум доучился до своего первого концерта. Я для своих студентов и раньше и сейчас провожу концерты, в которых они показывают то, чему научились за какое-то время. Сколько человеку нужно проучиться до первого концерта? По-разному. Это может быть и месяц, и полгода, и год. Во всяком случае то, что я человека выпускаю на публику означает, что у него есть какой-то результат, который надо обкатать, проверить, продемонстрировать.
Часто я помню людей по репертуару, который они пели. Некоторые товарищи, которые учились у меня 25 лет назад, появляясь внезапно в моих контактах в Интернете, спрашивают: «А вот помните, я пел такую-то песню?» «Да, помню». А если бы он не назвал эту песню, то я могла бы и не вспомнить. Конечно, люди меняются. Представьте, что человек учился еще в школе, классе в 8-м, в 9-м, и занимался у меня, а сейчас ему уже за 30. Конечно, совсем другие все. Это очень интересно, потому что когда тебе самой 25 и студенту твоему 20, то кажется, что это такая огромная разница в возрасте! Тебя зовут Екатерина Юрьевна, а он ещё ребенок совсем маленький. А сейчас-то оказались ровесниками!
-А кто вообще приходит учиться?
Екатерина: Прежде всего, это люди, желающие научиться петь.(странно, да?)) Но не только. Я ставлю и речевые голоса, поэтому есть люди, которые ведут видеоблоги, озвучивают игры и мультики, работают на радио, дублируют фильмы – то есть это тоже такой достаточно большой пласт народа, который сейчас у меня учится. Это тренд новый, раньше почти все приходили именно петь. Думаю, это связано в том числе и с тем, что сейчас основные количество уроков я веду по интернету, и тем людям, которые проводят много времени онлайн, такие занятия очень удобны. Не надо никуда ехать, включил компьютер и спокойно занимайся. Многие люди, которые раньше, наверное, и не пошли бы учиться, например мамы с маленькими детьми, сейчас идут с удовольствием, и малышок сидит рядом, показывает весело язык вместе с мамой, агукает и очень доволен. Очень приятно, что можно заниматься с ребятами из разных городов, не только России, но и мира. У меня есть студенты из Японии, Америки, масса народу из Европы, из разных стран. Масса народу со всей России, в том числе из маленьких городков, из Сибири, с Дальнего Востока. Разница во времени особой роли не играет, можно всё это подогнать удобненько к обоюдному комфорту и радости. А Интернет уже достаточно хорошо работает практически везде. Даже из тростниковой хижины занимался человек – ставил электрический генератор и беспроводной интернет, и занимался.
-Как Вы пришли к онлайн-обучению?

Екатерина: На самом деле, онлайн-обучение вокалу могло бы стать моей кандидатской диссертацией. Я начала писать её лет 15 назад. Но в процессе подготовки диссертации я поняла, что гораздо интереснее воплощать это в жизнь, то есть заниматься практикой вместо того, чтобы писать талмуды теории. В конце концов, может быть когда-нибудь я и запишу всё это. С другой стороны, всё очень быстро меняется. Когда я начинала преподавать онлайн, Интернет в регионах был еще очень слабеньким, и общаться по скайпу и т.п. было нереально. Я записывала задания для учеников, высылала их, а они делали, записывали и высылали мне. Как правило, ночами всё это дело грузилось, через dial-up, было весело. Но в принципе и это тоже было достаточно эффективно. Люди, занимающиеся по Интернету, очень мотивированные, собранные, серьезно настроенные. Люди, как минимум способные заставить себя сделать домашку. А в московскую мою студию часто люди приходили потусить, печеньки покушать, чайку попить, познакомиться с себе подобными девушками и юношами. По Интернету такого на уроках обычно не происходит. Но в этом кстати есть и свой минус (улыбается). Но я этот минус стараюсь компенсировать тем, что провожу онлайн-концерты своих учеников – именно для того, чтобы они друг с другом познакомились, пообщались и поняли, что проблемы, с которыми они сталкиваются в сфере вокала, не уникальны. Более-менее похожие вопросы возникают практически у всех, начинающих заниматься вокалом, да и продолжающих тоже, на самом-то деле. Поэтому людям интересно друг с другом общаться, смотреть, кто что успел сделать за последние 2-3-4 месяца, какие новые песни, какой рост. Потом люди в режиме онлайн продолжают общаться друг с другом, это тоже иной раз бывает важно. Тем более что есть ребята, живущие совсем оторвано от «вокальной цивилизации». А один юноша, например, живет в Японии, но сам он вьетнамец, который родился и вырос в России, и ему хочется общаться с русскими вокалистами.
-А если говорить об организации уроков, есть какая-то разница между онлайн и очными занятиями?

Екатерина: Естественно, есть. Во-первых, я пришла к выводу, что оптимальны индивидуальные или парные уроки. Причем парные могут быть двух видов. Люди могут находиться в одном помещении (друзья, семья, соседи и т.д). Либо они могут находиться в разных городах, и связываться одновременно со мною со своих индивидуальных компьютеров - это тоже не проблема. И в том, и в другом случае есть свои плюсы и свои минусы. Минус в том, что потрогать друг друга не получится – а если вы занимаетесь в одном помещении, то некоторые упражнения хорошо и приятно выполнять в паре, когда вы друг другу помогаете руками – трогаете животик, спинку, плечики расслабляете, какие-то массажики небольшие делаете. Этим, наверное, в основном и отличается обучение офлайн от обучения онлайн. Офлайн можно студента потрогать, помять, пинка ему дать, а онлайн только умозрительно можно всё это делать. Либо надо привлекать для соответствующих действий чад и домочадцев, что я довольно часто делаю. «Ну-ка позови бабушку свою, пусть она пинка даст!» (смеется). Или животик потрогает и т.д.
Еще к онлайн-обучению можно отнести консультативную форму, когда мы не встречаемся регулярно. Это может быть однократная встреча, на которой я слушаю человека и даю ему советы и обратную связь на тему того, на каком уровне он сейчас находится и что, по моему мнению, надо делать, чтобы петь лучше.
Совершенно замечательная вещь – это подарочная форма обучения. Некоторые ребята дарят своей половинке несколько онлайн-уроков. И практически всегда человек продолжает после этих подарочных уроков заниматься.
Еще одна форма обучения – онлайн-семинары, когда я приглашаю других педагогов, известных рок- и поп-музыкантов. Мы общаемся с ними на темы о профессии, о физиологии пения, по каким-то моментам выступления, и просто по организации жизни, по каким-то даже бытовым вещам типа того, куда девать кошку, если вы уехали на гастроли (улыбается). Такого рода проблемы на самом деле тоже довольно серьезные, и впервые сталкиваясь с ними, молодой вокалист тоже недоумевает. А тут можно спросить у старших товарищей.
-Кто приходит на семинары, как Вы находите людей, готовых к такому общению?
Екатерина: Во-первых, это люди, которые лично мне интересны. В этом плане я, конечно, эгоист. Слушаю, смотрю, и понимаю: о, а человечек-то и с мозгами, и с голосом - хочется пообщаться. Пишу письмо с приглашением на семинар, и надо сказать, что отказов практически нет, все с удовольствием соглашаются. Форма необычная. Люди, дававшие много интервью для прессы, привыкли к тому, что вопросы имеют направленность в основном на их творчество и немножко биографию. А я об этом почти не спрашиваю, меня интересуют более глубокие стороны отношения человека и его инструмента, голоса – как они его лелеют и берегут, как учились тому-сему, какие-то нюансы звукоизвлечения и т.д. Иногда упражнения какие-то показывают, это тоже очень здорово и полезно.
-Как Вы относитесь к караоке?
Екатерина: Очень хорошо отношусь. Во-первых потому что караоке отчасти поставщик студентов. Почему отчасти? Не все ходят трезвыми в караоке, будем честны на эту тему. Когда поет человек не очень трезвый, он, может быть, не отдает себе отчет о качестве исполнения. Но если попадутся в компании трезвые друзья, они могут объяснить, что можно было бы петь и получше.
Ещё караоке – это возможность для начинающего вокалиста где-то обкатать программу. Ты же не пойдешь сразу на сцену куда-то на концертную площадку: «Пустите меня, у меня программа, послушайте меня!». В караоке же совершенно спокойно приходишь, платишь маленький депозит и пой себе, упойся. Заодно можно посмотреть на реакцию публики. Я даже часто специально прошу своих студентов: сходите в караоке и запишите себя там на видео. Одно дело как вы себя ведете на уроке, как выглядите, и совсем другое дело, когда выйдете на сцену – как будете с микрофоном работать, как будете стоять, ходить, общаться с залом. Иногда человек не представляет себе, насколько всё запущено, пока не сходит в караоке.
Я сама, когда лет 25 назад оказалась на курорте в Португалии в караоке, стала прям волноваться, как будто выхожу на большую сцену. Микрофон там еще очень громко был настроен, непривычно было.

- Вы можете слушать музыку просто как меломан, или волей-неволей все равно начинаете анализировать вокальные партии?

Екатерина: Я никогда не оцениваю никого как преподаватель вокала, если меня об этом не просят. У меня есть тумблер в голове «работа/не работа» и я очень быстро его переключаю. Не бывает такого, что я хожу и прислушиваюсь, как кто-то вопит из соседнего ларька. Если меня ученик спросит: «А как я сегодня пел?», вот тогда я разберу и выложу, а если не спросит, то и не надо. Держать свое мнение при себе – жизнь этому учит. Мнение, оно же в какой-то степени является еще и советом. Если я говорю человеку свое мнение по поводу его вокала или голосовых данных, то я предлагаю и какие-то решения – что нужно поправить, в какой области позаниматься и себя подтянуть, чтобы стало лучше, приятнее для слуха, профессиональнее. Я никогда не скажу человеку: «Ты ужасно поешь, вон из искусства!».

-Как определить сложность исполнения той или иной песни для вокалиста? Можете привести примеры простых и сложных для пения песен?

Екатерина: На мой взгляд, в «простой» песне должна быть запоминающаяся мелодия. Когда ее нет, то со временем вы её конечно тоже споете, но новичку в этом сложно разобраться. Человек должен быть способен сыграть вокальную строчку на инструменте. Даже если он не умеет играть на фортепиано, он должен эту строчку одним пальчиком наиграть. Нормальная аккордовая структура песни, понятная. Простая структура самой песни: куплет – припев – бридж. А когда там куча каких-то разных кусочков, то новичку сложно даже уложить это в сознании, а сделать на хорошем уровне практически нереально. Приходится человеку объяснять, что эту композицию лучше брать попозже.
Сложными по исполнению вещи бывают по разным причинам. Бывают сложные ритмически, например всякие полиритмические композиции. Бывает смена тональности внутри произведения, смена лада, много всего бывает. И конечно такие вещи надо брать тогда, когда вы хотя бы слово «лад» можете говорить, не запинаясь (смеется), то есть немножко попозже.
Например, «Behind blue eyes» LIMP BIZKIT можно считать вполне подходящей для обучения новичков. Простая мелодия, текста не очень много, что для многих тоже важно. Ведь не все знают английский, чтобы быстро выучить длинный текст. А учить надо. Сейчас многие не любят учить и читают с телефонов, но я считаю, что это просто безобразие. Ну что это такое – человек выходит на сцену и читает текст с телефона! Это, прежде всего, неуважение к себе и к публике, плюс полное отсутствие тренировки для мозга, самозомбирование какое-то.

-А примеры сложных песен можно привести? «Ангельская пыль» АРИИ, например, подойдет в этом качестве?

Екатерина: В вокальном плане она действительно непростая, широкотесситурная. У вокалиста должен быть достаточно хорошо разработан диапазон, чтобы это можно было спеть. Да, ее могут спеть не все, это верно.
-В процессе обучения вокалу у человека появляется навык самому определять, какие песни ему под силу спеть, а какие нет?

Екатерина: Петь песню дома и выносит ее на публику – это разные вещи. Некоторые вещи мы берем с учениками заведомо сложные, зная, что эти песни будут дотягивать их за уши до своего уровня. Но это не значит, что мы будем исполнять их на концерте в ближайшее время. Так же и сложившийся вокалист. Я, например, тоже беру себе иногда песни, которые мне сложны – в этом и есть фишка, чтобы себя немножко подогнать. Нет смысла жевать сто раз одну и ту же жвачку. Ну, умеешь ты это делать, молодец, надо двигаться дальше. Здесь как на велосипеде – перестал крутить педали, и начинаешь сразу куда-то там валиться. Ну с горки еще можно ехать, а вот в гору уже не получится.

-У вас есть опыт не только преподавания вокала, но и сценического исполнения, какие остались впечатления от каждой из них, можете их сравнить?

Екатерина: В первой половине моей карьеры меня напрягал перевес в сторону преподавания. Хотелось больше петь на сцене. А потом, когда моя сценическая карьера пошла в гору, и стало достаточно много выступлений концертных, я периодически стала скучать по преподаванию. Преподавание стало важной частью моей жизни, и я чувствую необходимость, желание и возможность делиться опытом. Это очень приятно. И мало того, делясь опытом с молодыми вокалистами и педагогами, чему-то и сама учишься. Иногда задают такие вопросы, что волосы на голове дыбом встают, а мозги начинают шевелиться и думаешь-думаешь, как же на это ответить. Задачки бывают достаточно сложные и интересные. Вот бывает, что ночей не спишь - думаешь, как извлечь звук из того места, куда человек его загнал.

-Что больше всего запомнилось из конкретных проектов, концертов?

Екатерина: Пожалуй, мое участие в Эльфийской Рукописи было самым крупным мероприятием, не считая разных фестивалей. Особенно приятным и интересным было то, что меня записывал мой бывший студент Максим Самосват. Работать с человеком, которого ты учила практически с его школьной скамьи, впоследствии ставшим известным профессионалом, вокалистом и звукорежиссером – это дико приятно. Я вообще люблю работать с продюсерами – потому что этот человек точно знает, что ему от тебя надо. Спеть-то можно и так, и сяк, и наперекосяк, и сиди потом, выбирай из этого всего. Максим точно знал, какой результат нужен, и всё быстро получилось.

Вообще педагогу, мне кажется, сложно выступать перед своими студентами. Очень хочется сделать получше, а когда начинаешь хотеть сделать получше, получается только хуже. Я ж не просто выступала перед своими студентами, мы были вместе на сцене! А тут ещё народу в зале чертова уйма, пятитысячник, это было, как страшный сон. А справиться с этим мне помогли мои студенты. Атмосфера и на площадке, и за сценой, в гримерке, была просто замечательная. Все друг другу помогали, никто не матюгался, все друг другу приносили попить водички, бутербродик покушать, и все нервяки уменьшались. Я, правда, еще и схитрила: с собой на сцену протащила своих студентов - шесть человек. Это были мои танцоры. Взяла ребят, у которых было неплохо с хореографической подготовкой, и весь номер Минатрикс мы с ними отработали.

image
Когда такой огромный зал, ты совершенно не видишь лиц людей. Ты их видишь как картину нарисованную, пестроту какую-то вдали, уходящую за горизонт. А хочется живого общения здесь и сейчас, и это как раз совершенно великолепно дали мои партнеры по сцене. В том числе те мои студенты, которые где-то там впотьмах ползали в гриме, уворачиваясь от вокалистов, которые норовили наступить им на руки (улыбается). В общем, мы друг друга поддерживали.

-Что у Вас в дальнейших планах?
Екатерина: В ближайших планах большое количество выездных семинаров. В мае-июне я планирую посетить несколько городов. Конечно, обязательно Москва-Питер, но не только – точно Краснодар, возможно, Калининград и еще некоторые интересные места… Всех тайн открывать не буду, скажу только, что это будут не только семинары, но и концерты. Это мой любимый жанр – семинар-концерт, когда можно и поговорить, и посмеяться, и попеть. Даты можно посмотреть по ссылкам

http://vocalevent.ru
https://www.budsoboy.com
http://rockvocalist.ru
https://vk.com/k_belobrova
https://web.facebook.com/belobrova.eu

в Краснодаре 17 мая https://vk.com/event178938631
в Москве 21 мая http://vocalevent.ru
в Питере 23 мая http://vocalevent.ru/spb
в Калининграде 31 мая https://vk.com/event51261286


image

-Ваши пожелания посетителям Мастерсленда.

Екатерина: Обучение пению – это Путь к Себе. А процесс пения - отличное спасение от душевных страданий, так что пойте, люди, больше. Даже если вы поете не очень чисто – ну что поделаешь. Это, в конце концов, можно и починить. А сам процесс звукоизвлечения, процесс экспрессии своих эмоций прекрасен, полезен и экологичен. Вместо того, чтобы ругаться или бить друг другу лица, гораздо приятнее петь.

Алексей Павлов (Меломан Наруто) и Ольга Малахова специально для портала http://www.mastersland.com и паблика СЕМЬЯ АРИИ.